favor_in_all (favor_in_all) wrote,
favor_in_all
favor_in_all

Category:

«В некотором царстве, в некотором государстве...» Зачем русским сказкам присказка?



Присказка, что резьба и узоры на оконных ставнях и наличниках, привлекает внимание, обрамляет, украшает волшебную сказку. Витиеватая и замысловатая, она ошеломляет, обещает «дива дивные, чуда чудные», увлекает за собой слушателя в сказочный мир…

Начальная присказка

«Начинается сказка от сивки, от бурки, от вещей каурки. На море, на океане, на острове Буяне стоит бык печеный, возле него лук толченый; и шли три молодца, зашли да позавтракали, а дальше идут — похваляются, сами собой забавляются: были мы, братцы, у такого-то места, наедались пуще, чем деревенская баба теста! Это присказка: сказка будет впереди».

Присказка – прелюдия к сказочному действию, зачину. Изобилуя традиционными формулами («жили-были», «в некотором государстве», «шли-шли»), уподобляясь сказочной трехчастной структуре (начало, середина, концовка), присказка не связана с сюжетом последующей затем сказки. Присказка свободна, может быть приступом к той или иной сказке, а может и вовсе отрываться от сказки и бытовать самостоятельно как сказка-небылица.

Присказка и сказка - контраст

Динамичная, порывистая, присказка может преувеличивать, искажать, переворачивать «с ног на голову»: большое делать малым и наоборот, звук измерять мерой веса, а расстояние мерой времени, целомудренное изображать через непристойное, бедность – через богатство и наоборот, красоту – через уродство и т.д. Присказка – усмешка сказочника, гротеск, несерьезное, противостоящее серьезному сказочному повествованию. Да, да! Серьезному сказочному сюжету.

Какой бы фантастичной и неправдоподобной ни представала перед нами сказка, эта сказка – далеко не только вымысел. Так или иначе, она обусловлена действительностью, историческим прошлым народа, его настоящими бедами и горестями, его чаяниями на справедливость в будущем.

Своими корнями сказка уходит в глубь времен, доисторические дебри, произрастает из ритуала, обрядовых действий и заклинаний, мифов. Отсюда контраст между доведенной до абсурда, смехотворной присказкой и волшебной сказкой, образность которой не так уж фантастична.

Сказитель намеренно разграничивает, отделяет присказку и сказку: «Это не сказка, а присказка, сказка будет после обеда, поевши мягкого хлеба, еще поедим пирога, да потянем быка за рога».

Небывальщина

Присказка бессюжетна, бессобытийна, вопреки своей динамике. Но в ее основе могут быть разнообразные жизненные сведения, выдаваемые при этом за ложные, чудесные, «слыхом не слыханные, видом не виданные». Эка небывальщина!

«~ В некотором царстве, в некотором государстве, на ровном месте, как на бороне, верст за триста в стороне, именно в том, в котором мы живем, жил-был царь.
  ~ Без присказки сказка, што без полозьев салазки: из горы по льду нет им ходу, а по гладкому пути нечего их за собой везти.
  ~ Слушайте диковинные речи: у дяди Луки были полати подле печи, мост стоял поперек реки, картофель родился в земли, а рожь зрела на колоси.
  ~ Не любо, не слушай, а врать - не мешай.
  ~ Хороша алая лента, как одета на молодую, а на старуху хоть пять навесь – всё скажут, што морщинки ест. Ну вот хоть бы в нашей деревне жил один поп…»

Конечная присказка

Присказкой сказочник не только начинает сказку, но и заканчивает. Для сказочника конечная присказка, комичная, зачастую алогичная и абсурдная, — это способ саморазоблачения, выхода из условного, замкнутого пространства сказки.

Сказка возникает из небытия, из неоткуда, ее нет, пока не услышим «жили-были», «в некотором царстве, в некотором государстве» и т. д. И сказка исчезает со словами: «Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец». И нет уже ни Ивана-царевича, ни Елены Прекрасной, ни Бабы-Яги, ни коня крылатого, ни молодильных яблок, ни живой, ни мёртвой воды, а есть «проза жизни» с её горестями и радостями, надеждами и разочарованиями.

А сказочник уж и сам не верит во всё то, что рассказал, и требует платы за исполнение: «Вот тебе сказка, а мне кринка масла».

Прибегая к присказке в начале, рассказчик подготавливает слушателя, вводит его в условные, несуществующие сказочные пространства, «тридесятые царства, тридесятые государства», откуда он рано или поздно вернётся к действительности опять же посредством шутливой присказки.

Так сказка, с одной стороны, чудесная и фантастичная, а с другой — неизменно обусловленная реальностью, окольцовывается развлекательно-потешными, шутливыми, гротескными противовесами-присказками.

«~ Сказке конец — соломенный дворец, а во дворце-то пять овец да шестой жеребец.
  ~ Девка на печку лезет, пуговицы рвутся, сарафаны дерутся».



Tags: народ, сказка, творчество
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments